Беседа с инсайдером. Под портретом Володина

“

– Привет, что хорошего?

– Как что? Наш народный губернатор Валерий Васильевич Радаев вынырнул из небытия и активен, как никогда.

– Ты издеваешься? По мне так лучше бы он пребывал в нирване. Когда губернатор с образованием агрария учит врача – министра здравоохранения лечить пневмонию – это даже не смешно, стыдно.

– Кстати, о министре. Врут, что Олегу Костину новая работа дается тяжело. Он хворает, нервничает, не успевает. Короче, как говорят, не справляется.

– Еще бы, ему такой груз достался.

– Это да. И ситуация в здравоохранении: чем дальше – тем страшнее.

– Ты о чем?

– О многом. Во-первых, и это уже появилось в сетях, в Энгельсе объединяют первую горбольницу и перинатальный центр.

– Это куда депутата Анастасию Реброву сватают?

– Не сватают ее туда, это желания отдельно взятых персонажей. Туда, по слухам, руководить пойдет главврач первой горбольницы Аслан Юанов. Говорят, это относительно молодой, амбициозный, из хорошей осетинской семьи врач. И на его стороне масса влиятельных людей. А Реброву прочат на руководство объединенной энгельсской поликлиникой.

– Понятное дело, на улицу ее не выбросят – депутатом-то она стала с легкой руки великого Володина.

– Кстати, о Володине. Врут, что социальный зампред Ирина Седова заказала себе в кабинет живописный портрет Вячеслава Викторовича. И еще, как говорят, Седова уверяет, что третий этаж – отработанный материал, и что наш следующий губернатор именно Вячеслав Володин.

– Погоди – третий этаж у нас это…?

– На третьем этаже в здании правительства расположены кабинеты Радаева и Стрелюхина.

– А Седова не понимает, что для Володина – губернаторство в Саратовской области – это хуже керосина? Со всех сторон.

– Подозреваю, что не понимает. И еще, врут, ей кто-то очень умный объяснил, что в скором будущем губернаторы войдут в Госсовет, а это почетно.

– Я всегда подозревала, что госпожа Седова – большого ума дама.

– И ты не ошиблась. Но я продолжу о здравоохранении. Там беда. И с коронавирусом это не связано, а связано с реформой здравоохранения, которая началась еще во времена Натальи Мазиной. Да, чтобы два раза не возвращаться к этой даме. Все уверены, что после суда ее выгонят отовсюду.

– А как же областная больница?

– Говорят, Владимир Шульдяков, который все еще серый кардинал, хочет перетащить туда нынешнего министра Олега Костина. Дабы, если что, нивелировать многочисленные неприятные моменты, которые могут выявиться при назначении главврачом независимого человека.

– Неплохо.

– В продолжение реформы, как рассказывают, планируют объединить четыре поликлиники в Энгельсе, а это значит, надо трудоустроить четырех главврачей, в том числе и Константина Ковалева – брата-близнеца Евгения Ковалева, который облдеп и главврач 1-й Советской в Саратове.

– Этого объединенного поликлинического монстра может возглавить Реброва?

– Да. Еще поликлиники собираются объединять в Солнечном, там их тоже четыре и там тоже четыре главврача. Амбициозных и влиятельных.

– Вот ты мне объясни логику. Четыре поликлиники расположены в разных, изрядно удаленных друг от друга зданиях. Значит, у главврача будет четыре зама, которые, по сути, будут поликлиниками руководить? Смысл объединения? Впрочем, наследие Скворцовой – это дело необъяснимое.

– Согласна. Но местное здравоохранение, по оценке самих медиков, накрывается большим медным тазом.

– Подозреваю, врачи используют более экспрессивную лексику.

– Конечно.

– Скажи мне, что у нас с аграрным зампредом? Это из-за него собирают завтра внеочередное заседание комитета, и, подозреваю, послезавтра, думы?

– Нет, не знаю что там с зампредом, но на комитете будут определять дату внеочередных выборов. Их дата утверждается законом.

– А что слышно про зампреда? Бабошкин, Кравцева, Частов?

– У меня новой информации нет. Пока все ставят на Кравцеву, как на меньшее зло.

–  Класс.

– А у Бабошкина, врут, под креслом совсем горячо. Говорят, что он живет, как последний день.

– В смысле?

– Ты же читала в СМИ об экологических катастрофах в Саратовском районе?

– Это где на реке Латрык бобры погибли?

– Это номер один, есть еще два – в поселке Рейник, где с водой совсем беда. И три – в Боковке, где одна дивная дама обосновала свою ферму, которая, мягко говоря, загадила всю округу. И везде, люди врут, торчат уши Бабошкина. Это не говоря уже о необрабатываемых землях сельхозназначения, записанных, по слухам, на сына главы, об оброках, который он, как говорят, сдирает с крестьян. Короче, куда ни кинь, всюду клин. Причем не только в Саратовском районе, но и Дергачевском. Там какие-то цифры астрономические называются. Чуть ли не 50 лямов.

– Клевещут, наверняка. Но каких разносторонних талантов товарищ.

– Бесспорно. Но, врут, на его кресло серьезно нацелились ребята из бывшей парковской группировки, которые уже давно превратились в серьезных бизнесменов. Так что шатко там стало.

– Прикольно. Что еще?

– По большому счету, ничего интересного. Говорят, в правительство пытаются пристроить сына Анатолия Зотова, помнишь, он был главой Саратовского района до Бабошкина и скоропостижно скончался?

– Помню. Ты мне еще рассказывала, что друзья и знакомые оставили семью Зотова без средств к существованию.

– Было такое. Есть у меня еще две дивные истории. И очень смешные. Помнишь, в Сабуровке построили причал на Волге, чтобы пассажиры могли добираться до аэропорта «Гагарин» по воде?

– Смутно.

– Ну, во-первых, там от этого причала, под который переоборудовали понтон, два километра.

– То есть это расстояние люди с багажом должны на своих двоих преодолевать?

– Нет, потому что пристань вместе с понтоном уже затопило. Но юмор не в этом. Мне рассказали, что этот самый понтон устроители причала, а тут вроде как опять не обошлось без нашего друга Бабошкина, увели у какой-то местной бизнесвумен. Но у дамы это сооружение, как говорят, было левым, потому она в суд и не обратилась. Но факт беспардонного заимствования налицо.

– Смешно. И стыдно. Что еще?

– Тоже забавная байка. Помнишь, совсем недавно у нас уволили одного большого полицейского начальника?

– Смутно…

– Так вот, как говорят знающие люди, сдавая дела, полицейские чиновники обязаны уничтожать все уголовные дела, пропуская их через шредер – это измельчитесь бумаги.

– И что?

– Ничего. Просто наш герой, как говорят, поленился и выбросил всю эту макулатуру в утиль. А люди, утилем занимающиеся, нашли стопки уголовных дел и отнесли все это куда следует.

– Опять не смешно. Стыдно.

https://reporter64.ru/content/view/beseda-s-insajderom-pod-portretom-volodina